Президент Польши Лех Качиньский погиб в катастрофе самолета Ту-154, направлявшегося из Варшавы в Смоленск. Всего на борту рухнувшего лайнера находились 97 человек. По данным МЧС РФ, никто из них не выжил.
Самолет правительственного авиаотряда Польши Ту-154, направлялся из Варшавы в Смоленск. На борту лайнера находилась официальная польская делегация во главе с президентом страны Лехом Качиньским, направлявшимся в Катынь для участия в мемориальных мероприятиях.
Кроме руководителя Польши, по данным польского издания Wiadomosci, в самолете летели супруга Качиньского, последний президент Польши в изгнании Рышард Качоровский, президент Института национальной памяти Польши Януш Куртыка, епископ дивизии Войска Польского генерал Тадеуш Плоски, православный епископ польской армии и бригадный генерал Мирон Чодаковски и глава Национального банка Польши Славомир Скшипек.
Последние слова польских пилотов
В это время в Катыни их ждали тысячи людей приехавших на траурную церемонию... Уже весьма странное совпадение. Если же заглянуть вглубь истории обнаружится еще много интересных фактов. 400 лет назад именно Смоленск был осажден польскими войсками:
25 сентября 1609 года – первая атака на крепостную стену. Враг был отбит! Вот уже 400 лет прошло со дня начала Смоленской обороны, которая продолжалась с 9 сентября 1609 года до 3 июня 1611 года.
Накануне бедыТот период известен в русской истории как Смутное время. В 1598 году прервалась династия Рюриков со смертью сына Иоанна IV Грозного – Фёдора Иоанновича. На престол всероссийским Земским собором был избран Борис Годунов, но доверия народного не оправдал. В это время в Польше появился претендент на русский престол, называвший себя Дмитрием, сыном Ивана Грозного. Воспользовавшись популярностью покойного царя, он сел на российский престол после смерти Годунова и мятежа бояр, в ходе которого сын Годунова Фёдор был свергнут и убит. Но процарствовал Лже¬дмитрий I меньше года и тоже был убит в результате заговора, а на трон сел Василий Шуйский, но Земский собор не проводился, эту кандидатуру он не утверждал, и народ Шуйского не принял. Поляки подобрали нового Лжедмитрия II и снова подошли к Москве, но взять её не смогли и обосновались в Тушино. В стране воцарилось двоевластие. Воспользовавшись этим обстоятельством, польский король Сигизмунд III Ваза решил присоединить к Польше город Смоленск и 9 сентября 1609 года с более чем 12-тысячной армией подошёл к его стенам, а свой лагерь разбил в районе Кловки.
Город готовится к оборонеВ то время Смоленском руководил выборный земский совет и представители верховной царской власти – воеводы Шеин и Горчаков. Ещё ранее мелкие шайки поляков грабили смоленские деревни, но царь Шуйский не позволял воеводе предпринимать против них военных действий, дабы не провоцировать поляков к открытой войне. Шеин стал вооружать крестьян и создавать при крупных деревнях отряды самообороны. Этим же летом воевода послал три из четырёх полков в Москву, на помощь Шуйскому от Лжедмитрия II, но взамен подготовил примерно столько же ополченцев.
Смоленск был богатейшим центром торговли, одним из крупнейших городов России с населением 70 тысяч человек, мощной крепостью – стены достигали шести с половиной метров в толщину, в высоту 19 метров, имели 38 башен, три яруса бойниц ("подошвенный бой", "средний бой" и "верхний", между зубцов). В распоряжении Шеина было 170 пушек. Конечно, такую крепость взять было трудно, но Сигизмунд надеялся на хитрость: распространил воззвание, якобы пришёл помочь соседям восстановить мир и порядок, к тому же считал, что в крепости всего 500 защитников, а на самом деле было 5400 человек. Шеин сжёг посады вокруг города и приготовился к обороне.
И была сеча зла25 сентября поляки начали штурм, взорвав двое ворот крепости. Но осаждённые заранее установили перед этими башнями срубы, наполненные землёй, и между стенами и срубами оставались только узкие ходы, через которые штурмующие вынуждены были идти поодиночке, и смоляне их побили и выгнали вон. Последующие два дня враг снова лез в безрезультатные атаки, их отбили. Пришлось начинать осаду. Но смоленские пушкари одерживали верх в артиллерийских дуэлях, а тяжёлых орудий у поляков не было. Гетман Жолкевский предлагал Сигизмунду оставить отряд для блокады и идти на Москву, но король надеялся на богатую добычу.
На подмогу к Сигизмунду пришли атаманы Наливайко и Олевченко с 40 тысячами запорожцев. А помощи от своих панов, сидящих в Тушино, король так и не дождался: те, наоборот, решили, что Москва у них уже в руках, и делиться добычей не желали даже с ним. Но напрасно. Талантливейший полководец Скопин-Шуйский, племянник царя Василия Шуйского, одерживал победу за победой и прорвал блокаду Москвы. Сигизмунд звал на помощь под Смоленск своих панов из Тушино, но те высчитали, что Лжедмитрий II должен им от 4 до 7 млн. рублей, и выразили готовность подчиниться Сигизмунду, если только тот им заплатит эту сумму. Пока торговались, Лже¬дмитрий II сбежал из Тушино в Калугу, откуда призывал истреблять польских захватчиков.
В рядах тушинцев пошёл разлад с боями между собой. Но королевскими посланниками с тушинскими боярами были выработаны условия, при которых на русский престол мог быть возведён польский королевич Владислав, что примирило бы Польшу с Россией. Речь о подчинении России Польше тут не шла. Владислав был обязан принять православие. Никаких территориальных уступок не давать, править по старым законам, а новые вводить только с согласия боярской Думы. Были и другие ограничения, всего 18 пунктов. С этими условиями посольство во главе с Салтыковым и прибыло под Смоленск, где продолжалась осада.
Минная война Поскольку артиллерийский обстрел был неэффективен, поляки вели минную войну, рыли длинные тоннели для закладки взрывчатки под стены. Но талантливейший архитектор Фёдор Конь при строительстве стен предусмотрел все обстоятельства. Под стеной имелись галереи-"послухи" с особой акустикой, позволяющие определить, где роются подкопы. И 16 января смоляне встречным ходом докопались до минной галереи, втащили под землю пушку и расстреляли картечью вражеских сапёров, а подкоп обрушили. 27 января прорылись до второго тоннеля и снова применили пушку, но зарядили её серой и другими дымовыми веществами. Выкурили противника, а ход взорвали. Третью галерею взорвали 14 февраля, похоронив в ней сапёров и французских инженеров.
К лету под Смоленск доставили тяжёлые орудия из Риги. В ходе бомбардировки была пробита брешь в Грановитой башне, и 19 июля на штурм пошла немецкая и венгерская пехота. На другие участки отвлекающие атаки предприняли запорожские казаки. Их отбили огнём, а ворвавшихся в город пехотинцев вышибли контратакой. Но обстрел продолжался, в западной стене образовался пролом в пять метров. 20 июля массированный штурм повторился. Первым эшелоном шли пехотинцы, вторым – казаки, третьим – спешенные рыцари в блестящих доспехах. Задние эшелоны смоляне отсекли огнём, а прорвавшихся в бреши немцев и венгров почти всех перебили.
А по всей России продолжались бои между приверженцами разных царей и претендентов на престол. Шуйский был свергнут, для выборов нового легитимного царя бояре решили созвать Земский собор, а до тех пор власть переходила к совету из семи самых влиятельных бояр – "семибоярщине". Сторонники Лже-дмитрия опять подошли к Москве, туда же подошло и 25-тысячное войско Жолкевского. Был выбран вариант с приглашением на русский престол королевича Владислава, но с учётом смоленских договорённостей.
11 августа был предпринят ещё один мощный штурм Смоленска, и хотя он был отбит с большими потерями для нападавших, было заметно, что силы защитников уже на исходе. А в конце августа на Девичьем поле собор от лица "всей земли и москвичей" принёс присягу Владиславу, которого на месте так и не было. В результате в Москву вошёл польский гарнизон.
Дипломатия и пушкиСигизмунд под Смоленском уже требовал присягать себе, а также поставил ультиматум осаждённым: сдаться через три дня, иначе все смоляне будут перебиты. Ровно через три дня ответом стал мощный взрыв: смоляне прорыли длиннющий подземный ход, подвели мину под батарею рижских осадных пушек и уничтожили её. Пришлось полякам везти новые тяжёлые орудия из Слуцка…
А в Москве поляки безуспешно требовали у патриарха Гермогена заставить Шеина сдать Смоленск, нажимали и на послов, но Филарет Романов не соглашался. Наоборот, передал осаждённым: "Нельзя никакими мерами пустить королевских людей в Смоленск. Если мы впустим их хоть немного, то уже нам Смоленска не видать более". Смоляне готовы были тоже присягнуть Владиславу, но с условием, если Сигизмунд снимет осаду и уберётся восвояси. Но 21 ноября поляки взорвали одну из башен и часть крепостной стены и снова устремились на штурм. Однако позади пролома смоляне успели возвести земляной вал высотой в два копья и установить на нём пушки, и все три атаки врага были отбиты.
Из Москвы патриарх Гермоген призывал к борьбе с польскими захватчиками и самозванцами, ратовал за созыв Земского собора и избрание нового православного царя. Во многих русских городах стали создаваться отряды земского ополчения – в Суздале, Ярославле, Владимире, Нижнем Новгороде, Казани, Вятке, Вологде, Костроме, Рязани, Туле, Муроме… В марте 1611 года началось восстание в Москве, в ходе которого поляки сожгли весь город, кроме центральной части, погибли от 150 до 300 тысяч москвичей. Но войска ополченцев прибывали и прибывали, и бои продолжались.
Малочисленное ополчение враг мог бы раздавить, но Сигизмунда всё ещё связывал Смоленск. Он пережил уже вторую блокадную зиму, в крепости был голод, людей косили болезни. Сперва хоронили по 30-40, а потом и по 100-150 человек в день. Тем не менее город держался, весной отбил ещё несколько приступов. Поляки снова насели на послов, и Василий Голицын предложил компромиссный вариант: пустить в город 100-200 польских солдат "для чести". Смоляне тут же согласились, но лишь после вывода из России всех остальных. От Филарета Романова потребовали заставить Шеина сдать Смоленск, но он не соглашался. Тогда послов объявили пленниками и отправили в Польшу.
Последний штурмСигизмунд собрал все силы и предпринял решающий штурм. Артиллерией проломили стены, и в ночь на 3 июня с трёх направлений пошли на приступ. А у Шеина осталось всего 200-400 бойцов.
Поляки ворвались в Смоленск и учинили страшную резню. Большинство защитников пали на стенах и в уличных схватках. Оставшиеся укрылись в Успенском соборе. Когда враги выбили двери и стали рубить укрывшихся, первым пал архиепископ Сергий. Тогда посадский Андрей Беляницын спустился в подвал собора и поджёг хранившийся там порох. Собор взлетел в воздух, похоронив под собой последних защитников вместе с убийцами. Сам Шеин с семьёй и несколькими ратниками заперся в Коломенской башне и оборонялся, сам уложил более десятка врагов, но вынужден был, спасая своих близких от страшной смерти, сдаться. В захваченном Смоленске осталось всего около четырёх тысяч жителей.
Победа далась Сигизмунду дорогой ценой: он потерял около
30 тысяч своих солдат. Сил воевать у короля уже не было, и, сдав командование Ходкевичу, он вернулся домой. А сопротивление оккупантам всё возрастало. Вслед за первым ополчением возникло второе, с Мининым и Пожарским во главе. Ценой неимоверных усилий и огромных жертв русским удалось прекратить смуту и избрать первого царя из династии Романовых – Михаила. И в этой победе есть значительный вклад наших земляков, защитников своего города. Они ковали эту победу, но не дожили до неё. 25 сентября, в День города и день первого штурма Смоленска, вспомним и о них, стоявших насмерть у стен Смоленска, и будем достойны их памяти!
Освобожден Смоленск был во время очередной русско-польской войны в 1654 г., когда после отчаянного по смелости штурма 23 сентября город был сдан захватчиками "во службу царя Московского"
http://www.russiancity.ru/text/smo03.htm
В следующий раз Смоленск увидел поляков в составе армии Наполеона уже в 1812 году. Бой завязался с раннего утра, но Наполеон не развивал всех своих сил, ожидая, что русские армии выйдут из города и вступят в сражение. Получив известие об отступлении Багратиона, он дал команду начать общую атаку на город. Ней атаковал Краснинское предместье, Даву - Мстиславльское, Понятовский - Никольское предместье и Рачевку. Особо отличились поляки, которым Наполеон сказал перед началом сражения: "Поляки - Смоленск принадлежит вам!" Неприятелю удалось было занять предместье у Молоховских ворот (там атаковал Даву), но 4-й егерский полк из корпуса принца Евгения Вюртембергского штыковой атакой вновь выбил неприятеля в поле.
Большая часть французской армии наблюдала за штурмом с окружающих высот и аплодировала атакующим колоннам, стараясь поддержать их морально. Около 2 часов дня Наполеон приказал корпусу Понятовского атаковать Малаховские ворота и восточные предместья вплоть до Днепра. Поляки легко захватили предместья, но усилия их проникнуть в город остались бесплодными. Понятовский приказал было большой батарее стрелять по мосту на Днепре, чтобы прервать сообщения русских армий, но русская артиллерия из-за реки поддержала городские орудия и заставила поляков прекратить обстрел. По воспоминаниям генерала
А. П. Ермолова, инспектировавшего в тот день войска в Смоленске, поляки понесли особенно тяжёлые потери от русского огня.
Французские колонны штурмуют Смоленск.
Войска корпуса Даву при содействии поляков повели настойчивый приступ против Малаховских ворот, переходя через сухой ров и оттесняя русских в город. Русская армия уже не контролировала предместья, сражалась в пределах крепостных стен. Французы укрылись под стенами от артиллерийского огня, но несли потери от ружейного. На помощь Дохтурову была послана 4-я пехотная дивизия Евгения Вюртембергского, что помогло выправить ситуацию. Егерский полк 4-й дивизии вышел за пределы стен и прицельным обстрелом ослабил натиск французов. За Смоленск сражалось до 25 тысяч русских солдат. К 8-ми вечера Наполеон отозвал войска, так и не прорвавшиеся в крепость. Французы установили против города 100 орудий и открыли бомбардировку. Город загорелся, по улицам двигались повозки тысяч беженцев, покидавших город. В церквях третьи сутки подряд шла служба.В этот день Смоленск был разрушен почти полностью артиллерийским огнем и пожарами. Из 2500 домов остались только 350. Защищать дальше развалины Смоленска было трудно и опасно. Барклай приказал Дохтурову ночью вывести войска из города за Днепр и сжечь за собой мост. Уходя из города, войска взяли с собой икону Одигитрии (надвратную), переданную в первую батарейную роту капитана Глухова из 3-й пехотной дивизии. Во время похода ее возили перед войсками на ходу разбитого зарядного ящика.
Во время отступления из Москвы войска Понятовского проявили себя с самой лучшей стороны у Вязьмы, оказав совместно с корпусом Богарне, помощь арьергарду Даву, который был отрезан от остальной французской армии войсками Милорадовича. Как пишет Коленкур в своих мемуарах: «Понятовский, вице-король и Ней дрались, как в наши счастливые дни».
Тяжесть отступления заметно уменьшила численность польского корпуса. В Орше 5-й корпус вместе с корпусом Жюно насчитывал
не более 1500 человек.
Понятовский очень тяжело переживал потерю большей части своих войск. Однако солдаты продолжали приветствовать своего командира радостными криками: «Да здравствует Польша!», «Да здравствует наш вождь!», «Да здравствует Отчизна!» На восторженные крики солдат Понятовский отвечал: «Мы будем драться, мы отомстим!»
Потом война 1920 года с огромными жертвами среди пленных красноармейцев, 2-я Мировая, Катынь и известные события... А теперь авиакатастрофа...
Очевидно, Смоленск и Катынь — гиблое место для поляков...
"Смоленская земля — не пухом полякам": блогеры о 70-летии Катынского расстрела и крушении самолета с польскими политиками в Катыни
